7 (962) в продаже с 26 февраля 16+

Юлия Рутберг: «Наша профессия - прикидываться, проживать чужие жизни»

22 января 2021

Советская и российская актриса театра и кино, народная артистка России, Лауреат театральных премий «Чайка» и «Хрустальная Турандот» Юлия Рутберг представила поэтическую программу «13 вопросов к Ахматовой» в Татарской филармонии. В интервью известная личность рассказала о своей любви к поэзии и поведала историю, связанную с Казанью.

- Здравствуйте, Юлия! Когда началась Ваша любовь к творчеству Анны Ахматовой?
 
- Здравствуйте! Вы знаете, не помню с какого стихотворения, но в школе по возрасту мне гораздо ближе была Марина Ивановна Цветаева. А Анна Андреевна была уже попозже. Но моим выпускным, дипломным актом по художественному слову был как раз «Реквием» Ахматовой и еще шесть ее стихотворений – я выпускалась с ним из Щукинского училища. Тогда и произошло какое-то сближение с ее творчеством. И это зависит от твоего внутреннего состояния – ты читаешь те стихи, которые адекватны твоему внутреннему состоянию, твоим мыслям, твоим поискам и вопросам опять же. И она по-прежнему мне созвучна. Ничего не бывает случайным в жизни, но мне не было легко читать ее. При этом я использовала свою геометрию, доносила смысл ее стихов – просто низким голосом читала стихи, ничего не играла. И получилось убедительно за счет профиля, челки, платья. Поэтому меня и позвали, потому что во мне было альтмановское и мадельяновское.
 
- В одном из сериалов Вы воплотили Фаину Раневскую – она Вам тоже близка?
 
- Фаина Георгиевна, да. На третьем курсе у меня была работа как раз по Сергею Юрскому и Раневской, и я застала ее живой на сцене, когда училась в 10 классе. Папа ставил в театре Моссовета с Ириной Александровной Данкман изумительный детский спектакль «Пчелка» по Анатолю Франсу. И ему дали возможность получить два билета – на меня и на маму. Мы сидели в ложе, и я видела спектакль «Дальше - тишина». Оказалось, что это был последний спектакль у Фаины Георгиевны, когда она выходила на сцену. И я застала его! Это было потрясение просто на всю жизнь. А потом я очень много о ней читала - фильтровала, что правда, что неправда. Она для меня тот человек, в сторону которого я всю жизнь смотрю.
 
- У вас очень много ролей в кино, зритель невольно ассоциирует Вас с экранным образом – порой негативным. Какая Вы на самом деле в жизни?
 
- Нет, я очень разная, хотя про меня говорят, что я стальная, жесткая, мерзавка. Поэтому ненавижу играть одно и тоже. И я не такая, ведь наша профессия - это прикидываться, нас этому учат, проживать чужие жизни. А какие мы дома и так далее, это наша личная территория. То, что сегодня происходит, такой вот кошмарный прорыв масс-медиа на территорию личного пространства, это ведет к тому что обесцениваются вообще все ценности. Можно знать линию жизни, например, Ахматовой, которую я изучала. Я на сцене говорю о Гумилеве, о Шилейко, но не где, когда, что, при каких обстоятельствах и ни «какого цвета белье было» об Анны Андреевне. Говорю о высоте взаимоотношений, употребляю рядом еще такие категории как Данте, поэзия, стихи. Правда, сегодня я волновалась, пошло какое-то напряжение нервной системы, но это из-за того, что вот только открылись большие залы, как я говорю надо «на цыпочках» снова привыкнуть к этому. Это очень важно, какие мужчины были выбраны ею – это ее такое поразительное «войско». Можно знать биографию, прочерчивать линию жизни – но не более того! Точно также и у меня существует моя личная жизнь и то, что на сцене. Иногда это сопрягается, иногда это расходится диаметрально. Но я не Анна Андреевна, не Фаина Георгиевна. Не библиотекарша с палочкой из «Блюза опадающих листьев», не Кристина из «Не родись красивой», понимаете. Я Юлия Рутберг, дочка своих родителей. 
 
- В одном из интервью Вы говорили про себя, что Вы - «женщина-контрабас». Почему?
 
- Это прекрасная мысль Гершвина, которого я обожаю. Он говорил, что каждый человек - это музыкальный инструмент, и в этой какофонии, в которой мы живем, надо поймать свой звук. Сначала я подумала, что я виолончель - по фактуре, по всему. А потом послушала как играет Ростропович, и поняла, что я себе безнадежно льщу – я, конечно, контрабас. Хрипато-сипатая, с альтовой тесситурой с детства. Гершвин был гениальным композитором и виртуозным пианистом, но в оркестре больше всего любил контрабас, потому что в нем ритмическая основа - это кислородная подушка. Так что у меня даже есть спектакль для женщины-контрабаса, так называется вся эта суета.
 
- Есть ли у вас какая-то история, связанная с Казанью?
 
- Меня пригласили на юбилейный фестиваль мусульманского кино в качестве ведущей. Я была потрясена, было неожиданно. Вела в национальном костюме, приехала как Алиса в Зазеркалье. Все было очень строго, но у меня был момент «отповеди» про шестидесятников, когда я все-таки была невидимой и свободной без всяких ограничений как Маргарита. В тексте я не просто опиралась на фамилии, ничего нельзя было перепутать, проявила свое творческое человеческое начало по отношению к тем, кто был за спиной, и кто ушел из плеяды величайших кинематографистов. Казань я просто обожаю.  Здесь очень много прекрасных людей, здесь пушкинские места, остров-град Свияжск, где я была – это просто потрясающе. Глазами Александра Сергеевича пыталась посмотреть на царского славного Салтана и замечательная «Капитанская дочка». Мы вчера приехали из Тольятти, и ходили гуляли. Несмотря на дикий холод, люди катаются на коньках, вокруг огни. Казань такая красивая, совершенно невероятный Дворец земледельцев и рядом Кремль!
 
- В Вашей интерпретации Ахматова и Цветаева - почти подруги. Так ли это на самом деле?
 
- Я параллелей по поводу подруг не проводила. Они относились очень ревниво, уважительно, строго, потому что они были равновеликие и притягиваться не могли, а только отталкивались как одноименно заряженные частицы, что нормально. Если нужно говорить о душе, когда человек вдруг может сказать «мой Пушкин» или «моя Ахматова», то надо идти вслед за Цветаевой, как она придумала. Сопрягая вот это «мой», возникает душевное родство, самое главное. Не с памятником общаться Пушкина, с железякой, а с душой, что я и делаю.
 
- Вы добились успеха во многих сферах – на телевидении, радио, в театре и кинематографе. А что бы Вы попросили у судьбы сегодня?
 
- Попросила бы у судьбы здоровья себе и своим близким, а все остальное я смогу сама.
 
 

источник:

Комментарии
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость

26 февраля
25 февраля

Опрос
Как Вы относитесь к повышению пенсионного возраста ?