11 (869) в продаже с 22 марта 16+

Пока я люблю

26 октября 2007

Татьяну Устинову знают все, даже те, кто никогда не держал в руках ее детективы. На этой неделе казанцы впервые могли лицезреть ее не опосредованно – через экран во время трансляции передачи по правовому ликбезу, а непосредственно – в «Книжном дворе», и лично задать вопросы. Одна из самых читаемых из ныне творящих писателей при ближайшем рассмотрении оказалась не такой уж и полной, а в меру упитанной интересной женщиной. Во время встречи с читателями Устинова ни разу не присела: «Я постою. Да здравствует наш суд, самый гуманный в мире! Я всегда стою, когда общаюсь». Ниже мы приводим фрагмент этой встречи.

- Мне 39 лет, я написала 25 романов, у меня два сына и один муж, мама с папой. Со мной в Казань приехала моя сестра, она - мой литературный агент. Я работаю день и ночь: к «Часу суда» добавилось ток-шоу, которое называется «Жизнь как жизнь».  Есть три вопроса, на которые я отвечать не умею. Первый вопрос: «Где вы берете сюжеты?»  Сюжеты придумываются в одну секунду. Вот записать их гораздо труднее, чем придумать. Второй вопрос, который мне не нужно задавать: «Не хотите ли написать что-нибудь в другом жанре, например, детские сказки?» Не-е-ет! Не хочууууу, не умеюююю! Относительно создания эпохальных полотен и эпических произведений типа «Угрюм-реки» со мной, наверное, имеет смысл потолковать лет через 50, когда я приобрету необходимый жизненный опыт. И третий вопрос, который мне нельзя задавать: «Пишете ли вы сценарии к картинам, снимающимся по вашим произведениям?» Не пишу. Единственный сценарий, который я написала, - к фильму «Всегда говори всегда». И мы получили за него «Тэффи».

- Компетентность – это откуда?

- Это освоение материала, которое дается с трудом. Это всегда длительный процесс. Собираю информацию гораздо дольше, чем собственно потом пишу текст. Прежде чем написать  «От первого до последнего слова», прочитала уйму медицинской литературы и четыре часа простояла с доктором у операционного стола. Несмотря на то, что операция была щадящая - не было больших разрезов, все равно это зрелище не самое радужное. Сейчас я пишу книжку, события которой будут разворачиваться в северной столице. Поэтому читаю все подряд о Санкт-Петербурге: путеводители, справочники… Я стараюсь не писать ерунды. И потом профессионалы за мной читают и говорят: вот это надо поправить, то никуда не годится, а здесь все делается вообще по-другому.

- А что вас подвигло на такой тяжкий труд, как писательство?

- Я стопроцентный графоман, человек больной тяжелой формой графомании. Если ничего не пишу, начинаю болеть нервическими болезнями. Мне надо что-нибудь писать всегда. Для меня это самая лучшая работа, которая существует на свете. Хочется поскорее вернуться домой, к компьютеру, потому что я же там их бросила, этих моих мужиков, в каком-то странном состоянии, и они до сих пор не знают, кто пристрелил соседа, и от этого они нервничают. Но я-то знаю, и я должна к ним прибежать и об этом рассказать.

- Как был напечатан ваш первый роман?

- Я отнесла его в издательство. Полгода ждала, его читали, потом его потеряли, потом они переезжали, а потом его опять потеряли, потом мне позвонила секретарша: «Ой, нашлась ваша книга. Вы же Устинова? И вас зовут Анна Макаровна?» Там, в этом издательстве,  Устиновых было да чертиков. «Куда я полезла?» – спрашивала я себя. А потом они его напечатали и спросили: «А вы, случайно, ничего не написали за то время, пока мы теряли вашу рукопись?» Конечно, написала.

- Что вы читаете?

- Читаю все подряд: Гончарова, Диму Быкова, Михаила Веллера. Таню Толстую люблю читать, Маринину всегда с удовольствием читаю. Я многих авторов люблю.

- Через все ваши романы четко прослеживается линия: каждой золушке – по олигарху. Это от хорошего отношения к женщинам?

- У меня бывает, и бедному милиционеру – по богатой наследнице. Человек же, который владеет компьютерной фирмой и машиной «хонда», – не олигарх. Это просто человек, владеющий компьютерной фирмой и машиной «хонда». И то, что он женится на переводчице, это нормально. С моей точки зрения, все мы - и девочки, и мальчики – до той поры золушки, покуда в жизни нашей не появится некий принц. Ты можешь быть золушкой-мальчиком или золушкой-девочкой, ты можешь быть золушкой-политиком или золушкой-уборщицей, золушкой-учительницей, золушкой-вахтершей, шахтером, но до тех пор, пока ты не полюбишь кого-нибудь до гроба, до березки (у каждого человека в конце бывает березка), ты будешь золушкой. Неважно, в каком материальном состоянии ты находишься: моешь ты полы или считаешь свои миллионы. Но пока не появится системообразующий человек, ничего у тебя не выйдет.

- А вам нравится экранизация ваших романов?

- По-разному: что-то нравится, что-то нет, что-то вообще никуда не годится. Но я не очень-то люблю авторские стенания, когда автор говорит, что его гениальное произведение было абсолютно испорчено ужасными режиссерами.

- В самом начале вы сказали, что у вас есть книги нелюбимые? Это какие?

- Не скажу я вам, вдруг они вам нравятся. У меня их три. Я их терпеть не могу, мне за них стыдно. Они написаны абсолютно без эмоций. Это просто текст, в котором нет ничего, ни мысли, ни чувств, ни веселья, ни страдания. 

- Есть такое выражение – писать книги, как печь блины. Это не про вас?

- Нет, я медленно пишу – две-три книги в год, это никакая не скорость. Я коммерческий автор, мне бы надо быстрее писать. А я вот четыре месяца сижу с этой медицинской темой, держусь за голову и думаю – я не могу про это писать, не умею, у меня не получится.

- Вам приходилось прибегать к услугам «негров»?

- Конечно, я всем всегда говорю – у меня специально вывезенные из Эфиопии негры. При этом их шесть штук. Они у нас в подвале сидят, на цепях. Это был каторжный труд - выучить их писать на русском языке, и еще как я. А вы знаете, сколько книг написал Эмиль Золя? 110. Донцова на данный момент написала 65, у нее впереди еще полжизни Эмиля Золя. У нее должно быть двенадцать негров, судя по тому, как много она пишет. Если говорить серьезно, есть издательский проект, который называется «сборный автор». Например, Марина Серова. В реальности такого человека нет. Под этим именем шесть студентов или 20. Но это не «негры», это люди без имени, без судьбы. Они получают зарплату за то, что пишут под псевдонимом «Марина Серова». Раскрученных авторов первого эшелона, которых могут заменить некие другие пишущие люди, не существует. Худо-бедно, но у каждого автора есть свой стиль, понимание текста, все-таки за нас писать трудно.

- Кто самым первым прочитывает ваши книги?

- Мама моя. По-разному оценивает. Нельзя сказать, что она пребывает в восторге от каждого написанного мною произведения. Она глубоко интеллигентный и много читающий человек, ей не все нравится, делает замечания. Я расстраиваюсь, обещаю исправиться, но никогда не исправляюсь. Еще Маринина читает, я ей сразу отсылаю по электронной почте, как только напишу.

- Расскажите о своих достоинствах и недостатках.

- Я сама по себе развеселая девчонка. Из недостатков - та же лень, желание приврать, я очень этим страдаю. Не люблю в себе снобизма, особенно по отношению к людям малообразованным. Они начинают меня раздражать, но я ничего не могу с этим поделать, ну ничего. Мне потом стыдно. Я раскаиваюсь, я не люблю своей резкости, вспыльчивости, много чего в себе не люблю, борюсь, но безуспешно. Сказать, что я блистательный совместитель карьеры и матери семейства, конечно, нельзя. Весь быт - на маме. В этом смысле грош мне цена без моих родных. Что касается высокого литературного творчества, я сама справляюсь потихоньку с помощью шестерых негров из Эфиопии.

- Вы умеете себя баловать?

- Я люблю туфли новые купить, джинсы. Массаж люблю. На вопрос, какой бриллиант подарил вам муж на минувший день рождения, не знаю, что отвечать. Муж отродясь не дарил мне никаких бриллиантов.           

- Какое впечатление произвела на вас Казань, может быть, вы о ней упомянете в одном из будущих произведений?

- Я приехала утром и вечером уезжаю. Мы мечемся, выпучив глаза, мимо Кремля. Нам говорят: «А вон мечеть». Где? А уже нету. Если я когда-нибудь еще приеду, если мне удастся здесь побыть, если мне удастся что-нибудь поесть из национальной кухни, если мне удастся поговорить с людьми, тогда, может быть, что-нибудь и сложится.

ПОДГОТОВИЛА ОЛЬГА ПАНФИЛОВА

источник:

Комментарии
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость
26 марта
25 марта

Опрос
Как Вы относитесь к повышению пенсионного возраста ?