11 (770) в продаже с 24 марта 16+

Мусульманские регионы России обращаются за помощью к странам Персидского залива

20 июля 2016

Прогноз

Финансовая ситуация в России ухудшается, и в этих обстоятельствах многие мусульманские республики будут пытаться привлекать зарубежные инвестиции с использованием исламских инструментов финансирования и за счет создания совместных банков с мусульманскими странами, действуя вопреки федеральным правилам.

Опасаясь возможных политических и социальных последствий, Кремль постарается свести к минимуму исламское финансирование своих регионов и их связи с Персидским заливом, если они не будут проходить через Москву.

Перспектива отчуждения мусульманских республик от российского государства и возможность влияния на них со стороны зарубежных стран будет по-прежнему вызывать тревогу в Москве. В частности, это объясняется тем, что многие мусульманские регионы представляют самую серьезную угрозу внутренней безопасности России.

***

Застой в российской экономике сохраняется, и 83 региона этой страны вынуждены соперничать друг с другом за получение иностранных инвестиций, чтобы остаться на плаву. Поиски финансирования стали популярной темой на прошедшем недавно Петербургском международном экономическом форуме. Там региональные власти и корпорации всячески пытались заманить зарубежных партнеров и финансистов. Некоторые регионы сосредоточили свое внимание и усилия на Азии и Европе. Например, Калужская и Калининградская области подписали инвестиционные соглашения с Баварией, а калужский губернатор ранее посетил Вьетнам, пытаясь получить там финансирование. Но четверка мусульманских республик России — Татарстан, Башкортостан, Чечня и Дагестан — устремили взоры на мусульманские государства Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии, заставляя Москву нервничать.

Свести концы с концами

Мусульманское население России быстро увеличивается благодаря высокой рождаемости и наплыву иммигрантов из Центральной Азии, где преобладают мусульмане. Сегодня мусульмане составляют почти 13% населения страны, и большинство из них проживает в восьми автономных мусульманских республиках. Это Татарстан, Башкортостан, Чечня, Карачаево-Черкесия, Кабардино-Балкария, Ингушетия, Дагестан и Адыгея. По российскому законодательству эти регионы, являясь автономными республиками с нерусским большинством населения, могут сами выбирать язык, конституцию, президентов, а также создавать структуры безопасности. Москва пусть неохотно, но предоставила им эти свободы после войн на Северном Кавказе в попытке успокоить сепаратистские настроения и устранить нестабильность.

Экономики в этих мусульманских республиках очень сильно отличаются одна от другой. Татарстан и Башкортостан, например, относятся к самым развитым регионам России благодаря своей нефти и сельскому хозяйству. Республиканские правительства владеют собственными энергетическими компаниями, которые в основном и пополняют бюджет этих регионов. У них также есть собственные банковские системы. Согласно информации Forbes, два крупнейших банка Татарстана относятся к числу самых надежных финансовых институтов России. Между тем, Чечня и Дагестан так пока и не устранили ущерб от длившейся почти 20 лет войны с Россией, как и их соседи на Северном Кавказе. Экономический рост в этих республиках зависит от федеральных субсидий, которые в последние годы существенно увеличились. За последнее десятилетие бюджеты Чечни и Дагестана на 80-90% пополняются за счет федеральных средств, а в остальных северокавказских республиках более чем наполовину. Точно так же, банковские системы Чечни и Дагестана зависят от федеральной банковской системы России, в отличие от самостоятельных банков Татарстана и Башкортостана.

Несмотря на экономические различия, мусульманские республики России в равной степени пострадали от резкого падения мировых цен на нефть. В Татарстане и Башкортостане замедлился рост, а субсидии для северокавказского региона из-за спада в России уменьшились наполовину. Последние два года чеченскому президенту Рамзану Кадырову даже приходится залезать в частные резервы своей администрации, чтобы восполнить дефицит республиканского бюджета (хотя по общему признанию, эти резервы создавались за счет вычетов из зарплат государственных служащих). Москва не решает эти проблемы, в связи с чем российским регионам приходится самим искать внешние инвестиции и финансовую поддержку.

Поиски финансирования в мусульманском мире

У некоторых мусульманских республик России есть богатый опыт поиска внешней помощи, а у других его нет вообще. Татарстан и Башкортостан последние 10 лет весьма успешно поддерживают интерес к себе со стороны иностранных инвесторов. Татарстан вообще считается лучшим российским регионом для капиталовложений, а Башкортостан входит в первую десятку. У каждого есть свои промышленные и высокотехнологичные экономические зоны, и они обладают достаточной независимостью от Москвы, чтобы заключать сделки с зарубежными партнерами. А вот республики Северного Кавказа за эти годы привлекли очень мало иностранных инвестиций.

Тем не менее, российские мусульманские республики в настоящее время оценивают плюсы и минусы исламских законов кредитования, пытаясь выйти из затруднительного финансового положения. В отличие от традиционных правил финансирования, эти законы запрещают кредиторам брать проценты. Кредиты больше напоминают инвестиции в конкретные проекты, и их прибыльность зависит от успеха этих проектов. Исламские механизмы финансирования также довольно часто опираются на материальные активы, благодаря чему в них меньше риска, чем в обычной системе кредитования. С точки зрения республик, использование исламского финансирования вызовет интерес не только у мусульманских потребителей внутри страны, но и у других мусульманских государств.

Но в этом плане есть своя загвоздка. Исламское финансирование по закону в России запрещено, потому что оно не требует процентных выплат в отличие от традиционных финансовых инструментов. Также находятся под запретом некоторые инструменты исламского финансирования, напоминающие соглашения о разделе прибыли между кредитором и заемщиком, потому что формально они относятся к «коммерческой деятельности», в которой не могут участвовать российские банки. Некоторые банки, в том числе, федеральные, нашли лазейки, чтобы обойти этот закон. Остальные, например, в мусульманских республиках, просто откровенно игнорируют их, осуществляя операции в соответствии с исламскими банковскими директивами и правилами, или ведя переговоры с иностранными финансовыми группами о их реализации.

Кремль, между тем, не поддерживает исламское финансирование в регионах, но и не противодействует ему. В марте российский Центробанк утвердил для Татарстана дорожную карту по изучению исламских банковских механизмов в качестве пробного варианта. Но правительство пока не внесло изменения в российское законодательство по данному вопросу, и как сообщают татарские банки, российские банковские институты в прошлом году тормозили переговоры о совместных проектах между ними и иностранными кредиторами. Поэтому Татарстан решил действовать самостоятельно. В прошлом году крупнейший банк региона «АК Барс» начал выпускать исламские облигации, продавая их по более низким ставкам, чем евробонды. В то же время, татарский страховой оператор «Альянс» начал продавать исламский финансовый продукт под названием «Халяль инвест».

Татарстан надеется, что благодаря исламскому финансированию ему удастся привлечь инвестиционные средства членов Совета по сотрудничеству стран Персидского залива, с которыми этот регион уже довольно длительное время поддерживает тесные связи. В последние годы финансирование из стран Персидского залива увеличилось многократно. Если в 2011 году его объем составлял 60 миллионов долларов, то к 2015 году он увеличился до 760 миллионов. Большая часть этих средств идет на создание «умного города» в столице Татарстана Казани. В особых экономических зонах разместятся биомедицинские, больничные и научно-исследовательские центры, а также лаборатории по разработке информационных технологий, где в целом будут работать 50 000 человек. Включившись в исламское финансирование, Татарстан попытается получить еще больше средств на осуществление этого важнейшего для республики проекта. В этих целях он вступил в переговоры с саудовским Исламским банком развития, который пообещал за несколько лет превратить Татарстан в центр исламского финансирования в России.

Ненамного отстает от Татарстана и Чечня. В последние годы она стремится к созданию партнерств с государствами Персидского залива, в том числе, с Саудовской Аравией и с Объединенными Арабскими Эмиратами. Кадыров обсуждал с представителями этих стран ряд строительных проектов в Грозном, однако обе делегации выразили обеспокоенность в связи с отсутствием в регионе системы исламских денежных переводов. В ответ Кадыров объявил в начале 2016 года, что его республика откроет исламский банк и проконсультируется с инвестиционной фирмой из ОАЭ о создании совместного предприятия с партнером из Совета по сотрудничеству стран Персидского залива. В предстоящие месяцы Чечню должна посетить высокопоставленная саудовская делегация, чтобы вернуться к переговорам об инвестициях.

Башкортостан и Дагестан отстают от Татарстана и Чечни. Башкортостан поддерживает тесные связи с Татарстаном и предпочитает занимать выжидательную позицию, наблюдая за тем, к чему приведут попытки создать жизнеспособную систему исламского финансирования. Дагестан точно так же не торопится создавать собственную систему, дожидаясь результатов в соседней Чечне.

Действия России по уменьшению влияния стран Персидского залива

Теперь вопрос заключается в том, позволит ли Россия продолжать финансирование из Персидского залива. Долгие годы Москва старалась не заключать сделки с заливными государствами, поскольку у нее непростые отношения с этим регионом. Но когда в 2014 году ее связи с Западом начали ослабевать, Россия приступила к поиску других партнеров. Не сумев получить крупные инвестиции в Китае, Кремль стал все чаще заглядываться на страны Персидского залива. В период с 2014 по 2015 год эти государства пообещали России примерно 25 миллиардов долларов инвестиций, однако Москва жестко контролирует эти средства через Российский фонд прямых инвестиций.

Теперь, когда заливные государства все глубже проникают в Россию, действуя в обход Москвы и ведя переговоры напрямую с регионами, перед Кремлем встает дилемма. С одной стороны, сам он не может поддерживать в финансовом плане мусульманские республики. С другой стороны он не может допустить упадок в этих республиках, так как это вызовет нестабильность. Кроме того, он не хочет отвращать от себя быстро увеличивающееся мусульманское население. Но с точки зрения Москвы, рост исламского финансирования опасен по двум причинам. Во-первых, заложенные в нем принципы шариата не соответствуют правилам российской банковской системы. Более того, Совет по сотрудничеству стран Персидского залива заинтересован в более широком продвижении принципов шариата среди населения этих республик, что противоречит российской истории, в которой Москва подавляла сильные и независимые исламские идеологии среди собственного населения. Если Кремль захочет, он примет деньги Персидского залива, но лишь в том случае, если они пойдут на проекты, не подрывающие его власть над мусульманскими республиками.

Кроме того, Москва обеспокоена тем, что диверсификация инвестиций и коммерческих перспектив мусульманских республик еще больше отдалит их от федеральной банковской системы и даст им больше независимости. Почти все мусульманские республики России пережили периоды всплеска сепаратистских настроений, хотя в одних они были сильнее, чем в других. Поэтому Кремль будет проявлять осторожность, не давая регионам большой свободы для создания самостоятельных и эффективных финансовых систем. Два крупнейших банка Татарстана уже жалуются на то, что российские федеральные банки ВТБ и Сбербанк активно пытаются проводить экспансию в регионе, заставляя в процессе татарские банки отказываться от части своего бизнеса.

Кремль также обеспокоен тем, что члены Совета по сотрудничеству стран Персидского залива получат прямые каналы влияния на мусульманские республики России. Страх перед цветными революциями и перед проникновением других государств заставил Кремль принять череду драконовских законов, в соответствии с которым на любую организацию, получающую финансирование из-за рубежа, наклеивается ярлык «иностранного агента». Москва также начала следить за всеми российскими юридическими лицами, занимающимися бизнесом с иностранными корпорациями. А поскольку Кремль не считает страны Персидского залива союзницами, он наверняка будет еще тщательнее проверять партнерства с участием их фирм. Но при этом не у всех компаний из Персидского залива есть политические планы и замыслы. Например, в то время как корпорация Mazcorp поддерживает тесные и глубокие связи с королевской семьей Абу-Даби, саудовский Исламский банк развития состоит из 56 стран-членов, и Эр-Рияду будет трудно использовать его для продвижения своих целей за границей.

Россия с особым недоверием относится к связям, формируемым между Советом по сотрудничеству стран Персидского залива и некоторыми мусульманскими республиками, такими как Чечня. Более двух десятилетий Москва неизменно утверждала, что члены этого совета (а также США) спровоцировали первую и вторую чеченские войны. Кремль заявляет, что Саудовская Аравия, в частности, насаждала в регионе свою ваххабитскую доктрину, поставляла чеченским боевикам оружие, припасы, обучала их и оказывала им свою поддержку, действуя в основном через различные благотворительные и гуманитарные организации. Прошедшие в июне переговоры между Кадыровым и помощником заместителя наследного принца Саудовской Аравии Мухаммада ибн Салмана (Mohammed bin Salman) несомненно усилили эти страхи в Москве. Во время переговоров стороны обсуждали вопрос об участии Саудовской Аравии и других арабских государств в совместной подготовке в Международном учебном центре сил специального назначения в Чечне.

Для Москвы национальная безопасность и единство России по-прежнему будут важнее потребностей растущего мусульманского населения, какая бы сложная финансовая ситуация ни складывалась в этих регионах. Кремль не может заставить мусульманские республики игнорировать те возможности, которые дает исламское финансирование и инвестиции, но он будет всеми силами вмешиваться в этот процесс, стараясь обуздать зарождающиеся отношения этих республик с мусульманским миром.

Лорен Гудрич (Lauren Goodrich)
Stratfor, США

Оригинал публикации: Russia's Muslim Regions Turn to the Gulf for Help

«Иносми.Ру»

источник:

Комментарии
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость

24 марта
23 марта
22 марта

Опрос
Насколько успешным был для вас 2016 год ?