24 (834) в продаже с 13 июля 16+

Кто будет в прибыли?

31 января 2018

Глава ВЦИОМа Валерий Федоров - о прорыве с ЕГЭ, пользе дискуссий и выгодных профессиях.

Россияне снова потянусь в банки за кредитами - кризис в экономике закончился, объясняют финансовые аналитики. И стали чаще выезжать на отдых за границу - кризис закончился, уверяют эксперты турбизнеса. Но пришло ли все-таки время для всего этого, даже если кризис закончился? Об этом обозреватель "Российской газеты" беседует с генеральным директором Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) Валерием Федоровым.

- Валерий Валерьевич, сейчас практически все - и эксперты, и власти - признали, что очередной кризис мы миновали. А что показывают опросы общественного мнения? Как меняются ощущения людей, их поведение?

Валерий Федоров: Сейчас люди - после того, как два года "затягивали пояса" - снова хотят тратить, потреблять. Но для этого недостаточно просто иметь деньги, надо еще верить, что завтра обязательно будет лучше, чем сегодня. И эта вера должна подкрепляться рыночными реалиями. Должны расти доходы у самих людей, у их знакомых, близких. Пока мы видим, что не получают они достаточного подкрепления своим желаниям. Поэтому сейчас динамика общественного настроения очень колеблющаяся, неустойчивая.

Нужно раскрутить мотор нашего экономического роста, вдохнуть уверенность в людей, что кризис преодолен, иначе нам не миновать затяжного топтания на месте и стагнации. Ведь наше поведение рефлексивно: если участники рынка подумают, что рынок упадет - то он действительно упадет!

- Тем не менее потребление растет, увеличиваются объемы банковского кредитования. Значит, люди все-таки верят, что настали лучшие времена?

Валерий Федоров: Да, сейчас позитивные ожидания растут. Происходит это потому, что заводы не закрываются, рубль стабилен, нефть не дешевеет, крах банков не приводит к потерям вкладчиков. Но когда же станет лучше жить? Вот этим вопросом озадачены люди.

И что же делает в такой ситуации человек, которому хочется праздника? Правильно: берет кредит. Банковская статистика показывает бурный рост кредитования. Безусловно, это хорошее дело. Но, как говорится, берешь чужие, а отдаешь свои. Поэтому рост спроса на кредиты должен поддерживаться ростом доходов населения. Но его мы пока не видим. И тут может возникнуть опасный разрыв.

Отпуск авансом

- Еще один сюжет. Туроператоры уже объявили, что спрос на зарубежные путешествия растет. Но прошлый летний сезон в выездном туризме был не для слабонервных - и землетрясения, и теракты, и эпидемии, и задержки рейсов. Что это: русский характер с известным "авось", непреодолимое желание ярких впечатлений?

Валерий Федоров: Все гораздо рациональнее. Прежде всего: тучи в международных отношениях окончательно не развеялись. Сохраняется атмосфера тревоги, ожидания большого конфликта.

Но в последнее время стало немножко проще и спокойнее. Выбиты боевики из Сирии, урегулированы отношения с Турцией. В целом, атмосфера понемногу улучшается. Люди этому очень рады и хотят компенсации за те несколько лет, когда отдых за рубежом был для многих недоступен, кстати, не только по политическим, но и по финансовым соображениям.

Люди говорят: "Мы хотим делать то же самое, что привыкли делать до кризиса 2015-2016 годов, то есть отдыхать в Египте, Турции, путешествовать по Европе, отправляться в экзотические туры в Азию". И это само по себе важный элемент нормализации, возвращения к обычной жизни после лихолетья.

- А деньги-то на это есть?

Валерий Федоров: Падение выездного туризма несколько лет назад произошло на фоне резкого ослабления рубля. Съездить за рубеж стало не только страшно, но и накладно. Но за прошедшие два года мы адаптировались к новым курсам. Они не так для нас удачны, как прежде, но - привыкли. И рубль в последнее время держится достаточно крепко. Поэтому люди получают возможность планировать, в том числе и дальние туры.

Еще один фактор связан с тем, что падение выездного туризма компенсировалось ростом внутреннего, прежде всего на Кавказ и в Крым. Многие побывали там впервые за долгое время, открыли для себя эти места, оценили их. Кто-то остался доволен, кто-то не очень. Но, в любом случае, любопытство, желание освоить что-то новое появилось, а это двигатель выездного туризма.

Но после волны роста спроса на внутренний туризм мы наблюдаем его некоторое снижение. И это важный сигнал для нашей туротрасли: чтобы спад сменился новым ростом, работайте над ключевым соотношением "цена - качество". Есть еще резервы, и большие, по мнению наших соотечественников.

- Если доходы растут не так быстро, как хотелось бы, получается, люди тратят на путешествия авансом, рассчитывая на будущее?

Валерий Федоров: Еще со времен Великой депрессии 1930-х годов известно, что во времена кризиса люди ходят в кино чаще, а не реже - чтобы иметь возможность расслабиться, отвлечься от тяжелых мыслей, почувствовать позитивные эмоции, которые так необходимы в этот момент.

Понятно, что сейчас есть и другие возможности релаксации: в кино ходить не обязательно, включи телевизор. Но роль отдыха, и особенно выездного - по-прежнему огромная. Очень много тех, кто работает, как белка в колесе, откладывая деньги на отпуск, эмоционально примиряясь с непростой действительностью, в расчете наконец-то отдохнуть в желанные несколько недель законного отдыха.

Как бы ни было мало средств, люди хотят отдыхать, и желательно за пределами места постоянного обитания. Конечно, бюджет у всех разный. Но даже небогатые категории, студенты, молодые люди, пенсионеры, находят возможности отдыха. Мировая индустрия туризма предоставляет очень большой спектр возможностей. Даже туроператоры уже не являются обязательными участниками этой цепи.

Можно спланировать недорогой перелет на лоукостере, в том числе на отечественном, остановиться не в дорогом отеле, а в доступных апартаментах, самому проложить свой маршрут, не оплачивая услуги гида. Заграничные поездки - это уже не экзотическая практика искушенных туристов, а дело общедоступное, распространенный образ действия современных россиян, включая совсем небогатых.

А сам не плошай!

- На помощь государства сейчас люди меньше надеются, чем, скажем, в начале 2017 года, или эта надежда у нас все также сильна в общественном сознании?

Валерий Федоров: На государство надеются, прежде всего, те, кому больше помощи ждать неоткуда. Как правило, это пенсионеры, инвалиды, получатели социальных пособий.

Если же говорить об экономически активном населении, то для них ожидать помощи от государства довольно странно. Но они, собственно, ее и не ждут, сами устраивают свою жизнь. Надеются в основном на себя, на членов своей семьи, на двух-трех близких друзей, как правило, или ближайших родственников.

Когда эту тему начинаешь обсуждать с людьми, тут же происходит эскалация требований: сделайте так, чтобы заводы заработали, сделайте так, чтобы не было брошенных земель! Но это такой дискурс.

Особо люди не задумываются о том, что у нас сегодня собирается зерновых больше, чем в советское время. При этом земель под распашку примерно в два раза меньше. То есть, побеждаем не числом, а умением. Хозяин появился у земли, который более рационально ее использует.

На самом деле, каждый на уровне своего личного поведения, на уровне микроэкономики своего домохозяйства этим руководствуется. Но на уровне размышления об экономике, о стране, о государстве в целом, конечно, господствуют вполне советские представления о том, что хорошая экономика та, где нет безработицы, где существуют огромные заводы, производящие десятки тысяч тракторов и сеялок.

В споре рождается личность

- То есть конкурентность, как ценность, не воспринимается?

Валерий Федоров: Есть много объяснений, почему это так. При этом на практике конкуренция в целом ряде сфер жизни присутствует, и дает неплохие результаты.

Первый пришедший в голову пример - ЕГЭ. Отлично работающая система, практически исключившая коррупцию при переходе детей из школы в вуз. Но как ценность конкуренция укрепиться не смогла. Поэтому апеллировать к конкуренции - значит, занимать слабую дискурсивную позицию.

- Что-то может поменяться в ближайшее время в этом плане?

Валерий Федоров: Нужны активные действия по внедрению новых представлений о конкуренции. Сама по себе она не будет образовываться.

Тут много нужно сделать. И отнюдь не только государство здесь может что-то делать. Пример, казалось бы, далекий от сферы экономики. Дебаты - умение говорить, умение спорить, умение аргументировать свою точку зрения, умение отвечать на вопросы и задавать вопросы сопернику, противнику. А затем умение поменять свою точку зрения в результате дискуссии.

Дебатные клубы существуют во многих странах старой, устоявшейся демократии. Они учат человека рациональному поведению, выбирать и сравнивать альтернативы, учат уважать другую точку зрения. Учат, что конкуренция идей - это нормально и даже хорошо. Если такого рода дебатные клубы распространяются широко и еще, скажем, в средней школе ребенок начинает учиться общаться, дискутировать, обсуждать важные проблемы, это сильно помогает ему в жизни.

Это формирует совершенно другие запросы к государству, уже совсем не патерналистского плана. Это уже не будут запросы от человека, который привык выполнять команды, привык, что альтернативная точка зрения всегда неправильная и единогласие спасительно, а разномыслие губительно.

Кто будет в прибыли?

- Россияне ждут, что в этом году их материальное положение будет улучшаться?

Федоров: Люди ожидают, люди этого хотят.

- И рассчитывают ли на это в реальности?

Федоров: Каждый - по-своему. Каким образом вообще можно улучшить свое материальное положение? Можно сменить работу, взять подработку, или параллельно с работой по найму начать какое-то свое дело. Если не хочется или "не можется" этим заниматься, можно попросить у работодателя повышения зарплаты. Многие так и делают. И у кого-то, кстати, получается. Прежде всего, у тех, кто работает на государство. Ведь государство очень чувствительно к запросам общества, и даже когда денег нет или маловато, не может не идти ему навстречу.

- А помимо работников госсектора, кто еще на рынке труда может рассчитывать на повышение зарплаты?

Федоров: В привилегированном положении находятся носители редких квалификаций, которых просто физически мало в стране, на рынке. И поэтому они могут, по сути, шантажировать руководство переходом в другую компанию или даже переездом в другую страну.

Напомню, когда в конце 2014 года резко подешевел рубль, российские ИТ-компании столкнулись с массовым оттоком программистов за рубеж. К счастью, это уже позади, как-то справились. Но в целом наш рынок труда становится все более глобальным, прежде всего, для носителей высоких и востребованных компетенций мирового уровня.

- Узкоспециализированных компетенций?

Федоров: В том числе. Если ты строительный рабочий и твоя компетенция - копать траншеи, то ожидать быстрого и значительного повышения зарплаты не стоит. Стоит, скорее, ожидать, что тебя заменят менее взыскательным работником, часто - гастарбайтером.

Если же ты, скажем, программист высокого класса, то работодатель, скорее всего, будет вынужден идти тебе навстречу, потому что понимает, что никто не сделает твою работу на необходимом уровне качества. А поиск нового специалиста, скорее всего, обойдется еще дороже. Поэтому стандартный совет тем, кто хочет поправить свое материальное положение - повышайте квалификацию! Становитесь обладателями уникальных компетенций. Таким платят много всегда, несмотря на спад или подъем.

- Россияне это осознают? Готовы ли они трудиться, инвестировать в себя, искать другое место работы, чтобы увеличить доходы?

Федоров: Считается, что кризис это самое лучшее время для того, чтобы поправить или повысить уровень образования. Но это понимание все-таки распространено больше в деловой среде, среди бизнесменов, кто привык сам принимать решения, относиться к своей жизни осознанно. В широких слоях это пока не стало трендом.

Более того, уровень образования, который предлагает наша образовательная система, сегодня весьма средний. Говорю это и сам как работодатель, в том числе, потому что тоже сталкиваюсь с проблемой низкого уровня компетенции выпускников наших вузов. Большинства, по крайней мере. Спрос на образование есть, но качество образования, которое предлагается, зачастую оставляет желать лучшего. Усилия минобрнауки по чистке системы высшего образования, по повышению качества обучения дают эффект, но недостаточный.

С другой стороны - образование тоже постепенно становится глобальным. И те, кто попроворнее, порезвее, уже используют возможность получить бесплатное высшее образование в европейских странах - во Франции, Германии. Все, что нужно - выучить язык и как-то решить вопрос с проживанием. В результате можно получить образование высокого уровня, которое явно удастся применить на практике.

Еще один тренд - быстрое развитие дистанционного образования. Существуют и глобальные, и наши российские платформы, где каждый желающий может брать за вменяемые деньги курсы от лучших преподавателей мирового класса.

Кстати, в пересчете на деньги обучение там оказывается гораздо дешевле, чем обучение непосредственно в вузе с сопоставимым уровнем качества. При этом дистанционное образование можно получать без отрыва от работы. Но для большинства россиян образование сегодня - это такой процесс, когда ты ходишь в аудиторию, живешь в кампусе университета без отрыва от обучения, получаешь знания в форме лекций, семинарских занятий. Надо понимать, что это теперь уже нужно далеко не всегда, что есть и другие, не менее эффективные формы обучения.

- Пока доля таких людей в России, которые осознали новые возможности, невелика?

Федоров: Да, этот тренд только начинает развиваться.

Евгений Гайва
Российская газета - Федеральный выпуск №7483 (20)

источник:

Комментарии
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость

 

 

19 июля

Опрос
Какой мессенджер вы будете использовать, если заблокируют Telegram ?