24 (834) в продаже с 13 июля 16+

Как Федерация профсоюзов Республики Татарстан возродила санаторий «Форос» в Крыму

7 февраля 2018

Директор «Фороса» Станислав Витасович Мажейка уверен: если бы качество здравниц стали оценивать, как у отелей - количеством звезд, то «Форос» обязательно получил бы все пять...

***

Так случилось, что истоптав с юности тысячи крымских тропинок и дорог, я никогда раньше не была в Форосе. Знала, конечно, что есть правительственная дача с таким именем (там гэкачеписты держали в заложниках первого президента СССР Горбачева), а через полтора километра от той дачи находится санаторий с огромным парком.

"Форос" в переводе с греческого - "маяк". В этих местах люди жили с античных времен. И вот наконец я попала в Форос - крымские друзья рассказали про некое "форосское чудо": погибавший было санаторий удалось восстановить буквально за три месяца

Это в лихие 90-е слово "возрождение" было в моде, так называли фонды, программы, существовала, кажется, партия с таким названием. Впоследствии вдохновляющее слово как-то выветрилось из обихода. Но в обновленном санатории "Форос" и происходит настоящее возрождение.

***

В последние годы санаторием владел украинский олигарх Игорь Коломойский. По его распоряжению в парке вырубали реликтовые деревья и строили коттеджи на продажу. Несколько таких скелетов без крыш и сейчас стоят в парке как памятники человеческому варварству.

Станислав Витасович Мажейка стал директором "Фороса" в марте 2016 года, когда Федерация профсоюзов Республики Татарстан выкупила санаторий у крымского правительства. "Страшно вспомнить, в каком убитом состоянии находился санаторий, когда мы впервые вошли в этот мраморный холл, - вспоминает Мажейка. - Будто здесь происходило какое-то смертоносное побоище. Разбитая и перевернутая вверх дном офисная мебель, пол завален кипами документов... В этих огромных люстрах, где сейчас горит по 70 лампочек, оставались одна-две. Раньше на всех этажах висели подлинники известных крымских художников, не осталось ни одной картины.

Прежние хозяева по неизвестной причине не закрыли краны на девятом этаже, и больше недели здание затоплялось. Вздыбился паркет, обвисли обои. На 14-й этаж приходилось взбегать пешком. В блоке общепита по-хозяйски шныряли мыши и крысы..."

Спонсоры спросили у Мажейки, берется ли он восстановить санаторий к началу сезона, то есть за три месяца, и принимать отдыхающих уже с июня? Многие из тех, кого привозили посмотреть на этот разор, отказывались сразу (хотя поначалу желающих попасть в директора "Фороса" было немало). Руководители Федерации татарских профсоюзов, думаю, потому выбрали этого необычного претендента - литовца, прибывшего в Крым из Заполярья, что им понравилась его рабочая биография и надежность характера. Латвийский госуниверситет, Рижский завод "Автоэлектроприбор", быстрое повышение по службе, которым он пожертвовал, когда его пригласили на крупный комбинат в Заполярье: не стал держаться ни за должность, ни за квартиру в Риге, хотя в семье недавно родился ребенок. Не побоявшийся вместе с женой отправиться за интересной работой на Крайний Север, Мажейка, заключив контракт на три года, проработал там 11 лет. Остался бы и еще, но по требованию врачей пришлось сменить Кольский полуостров на Крымский: на 50-градусном морозе сильно застудил - сжег - бронхи. Крым мог его спасти.

Когда ему предложили поднимать "убитый" Форос, у Станислава Витасовича уже была интересная и престижная работа - директор по развитию знаменитого комплекса "Ялта-Интурист". Но здесь уже все было налажено, а там, в полуразрушенном Форосе, нужно было все спасать, причем скоростными методами, и их еще надо было изобрести. С ним вместе из комплекса "Ялта-Интурист" пришло еще одиннадцать профессионалов руководящего состава. Потому что им было интересно работать со Станиславом Витасовичем. "Самое удивительное, - рассказывает Мажейка, - никто из них не спрашивал меня о повышении зарплаты, всех интересовал результат - мы спешили открыть санаторий, который будет одним из самых оснащенных в Крыму: Татарстан предоставил нам такую возможность. А раньше, представьте, во всей большой Ялте не было аппарата МРТ, приходилось везти больного в Симферополь или Севастополь".

Пресс-секретарь санатория Юля, беженка из Донбасса, с самого начала прошедшая с директором Мажейка все трудности, добавляет: "Все три месяца мы не могли ни нормально поесть, ни отдохнуть, как люди. Каждый из руководителей подразделения сам набирал себе работников. Директор дал нам установку: нытиков и жадных до денег не брать. Он заверил, что для тех, кто хорошо работает, он сам похлопочет о достойной зарплате. Так и сделал. А еще Станислав Витасович убеждал нас, что сотрудник, который не умеет приветливо улыбаться, не должен работать непосредственно с отдыхающими, такому человеку можно найти работу на кухне, в бухгалтерии, да мало ли еще где..."

***

Они выдержали экзамен: за каких-то три месяца успели отремонтировать все системы жизнеобеспечения, отмыли санаторий от годами копившейся грязи, вычистили от мусора и сломанных деревьев парк, провели полив, освещение, подготовили три карты пляжа, засыпав их уже отшлифованной галькой, наняли персонал, который считал делом чести за столь короткий срок подготовить санаторий к принятию гостей, восстановили полуторакилометровую набережную (она была в огромных провалах, из которых хлестали волны), завезли на санаторный пляж сорок "КамАЗов" отшлифованной гальки, поставили удобные скамейки в парке и вдоль моря... В общем, сотворили чудо и завоевали доверие Федерации профсоюзов Республики Татарстан и получили разрешение закупать самое современное медицинское оборудование, чтобы отдыхающие получали полноценное лечение. Команда крымских врачей вылетела в Казань, чтобы изучить специфику профессиональных заболеваний нефтяников, газосварщиков, вахтовиков...

***

Мажейка спрашивает у меня: "А вы-то помните, что в советское время Крым называли всесоюзной здравницей? Люди ехали сюда за здоровьем. Ехали и летом, и зимой. А сейчас только грязелечебница в Саках работает круглый год, а почти все остальные крымские курорты открываются только в купальный сезон. Будто Крым - это всего лишь море, солнце и вино. Несправедливо так уничижать богатства Крыма. Да согласитесь: сам воздух Фороса может прекрасно лечить людей. Наш воздух - как целебный коктейль, его можно пить бокалами..."

Мажейка имеет заветную мечту: сделать санаторий "Форос" круглогодичной здравницей высшего разряда. Он уверен: если бы качество здравниц стали оценивать, как у отелей - количеством звезд, то "Форос" обязательно получил бы все пять...

Станислав Витасович установил обычай: каждый человек, впервые приезжающий в Форос, может объехать на бесплатном автокаре самые интересные места парка (пешком парк в 72 га и за неделю не обойдешь). За рулем у нас сидел местный житель, красавец Андрей: "Вот мы посадили новую можжевеловую рощу, а это подрастают молодые магнолии... Этому дубу, говорят, уже триста лет. А в пруду - посмотрите, какие огромные рыбы. Называется "Райский уголок".

Он показывает систему маленьких водопадов, мостики, беседки, аллеи... Вдруг резко тормозит: на берегу озера с чернильного цвета водой стоит мертвое дерево, высоченный голый ствол тянется в небо, а вверху расщепляется на тонкие прутья, монотонно скрипящие на ветру.

"Это погибшая американская секвойя. Столетняя. Вторая, видите, стоит подальше, живая и зеленая. Их у нас было две, а еще две - в Никитском ботаническом. Нигде больше в Крыму нет. Эта тоже была красавицей, но погибла из-за человеческой глупости и скупости. Секвойя любит влагу, но это озеро, где она пила корнями воду, стало высыхать. Тогда прежние хозяева закрыли дно черной пластмассовой пленкой, перекрыли воду, и она уже не могла поить корни".

Станислав Витасович потом говорил нам, что срубить погибшую секвойю просто рука не поднимается. Он ищет дизайнера, чтобы сделать из нее какую-то интересную композицию. Он воспринимает погибшее от жажды дерево как своего рода реквием по человеку, который ее посадил - известному чаеторговцу и меценату Александру Григорьевичу Кузнецову.

Мажейка считает себя обязанным достойно хранить его память: "Кузнецов прожил на свете всего 38 лет - болел неизлечимым тогда туберкулезом. Не было у него ни жены, ни детей, но в судьбах сотен людей он принимал самое горячее участие. Свой форосский парк создавал как художественное произведение. Будучи тяжелобольным, отправлялся на яхте в дальние плавания (например, в Австралию), чтобы привезти какое-то диковинное растение. На Форосе были каменистые склоны, он распорядился завозить плодородную почву и насыпать террасы. Такой он был человек: прекрасно понимал, что ему недолго осталось жить на свете, но спешил создавать красоту для будущих поколений..."

***

Все время пребывания в Крыму меня не оставляла мысль: что же станется с возрожденным "Форосом", если вдруг мировое сообщество, руководствуясь международным соглашением о незыблемости границ, принудит Россию вернуть Крым Украине? Я поделилась своими тревогами со Станиславом Витасовичем. Он спокойно ответил, что обратного хода у крымской истории быть не может, ведь восторжествовала историческая справедливость. "Вы только вдумайтесь: зачем во имя какой-то бумажной законности ломать то, что нам удалось возродить? Столько было вложено труда, души, а все, оказывается, напрасно? Неправильно мы жили?" - "Да мы тогда пешком пойдем по Керченскому мосту, в Россию пойдем!" - добавила одна немолодая женщина, врач санатория "Форос" (кстати, татарка по национальности).

Вот сейчас многие говорят о незаконности референдума о возвращении Крыма. Мажейка отметает эти разговоры как "абсолютную чушь": "Хорошо вам издали рассуждать, а мы, живущие в Крыму, четко понимали, чем нам грозит "Правый сектор" (организация запрещена в России. - Прим. ред.), вопрос стоял: жизнь или смерть? Референдум мы восприняли как спасение. Ялтинцы - раньше с ленцой ходили на выборы, а на этот референдум не просто шли, бегом бежали".

Тут мне вспоминается, что когда Хрущев подписывал акт о передаче Крыма Украинской ССР, никто ни у кого не спрашивал: "Чьими гражданами вы хотите быть?" Впрочем, тогда эта передача воспринималась как пустая формальность - все мы жили в одном большом государстве и все были советскими гражданами. Однако даже тогда мои родители, их друзья и знакомые все-таки роптали, не понимая, что и зачем делают с нашим Крымом. Мой дедушка, помню, сказал: "Люди - не оловянные солдатики, чтобы их передвигать туда-сюда. Земля принадлежит тем, кто на ней живет и работает". Лично меня, десятиклассницу, та передача Крыма тоже слегка задела: золотая медаль, которую мне вручили после окончания русской школы, была зачем-то выгравирована на украинском языке.

Наша справка

Форос - самая южная точка Крымского полуострова. Здесь наибольшее количество солнечных дней в году. Море у берега прозрачно-голубое, как на рекламных снимках. В конце XIX века известный российский меценат, чаеторговец и винодел (его вина получали призы на парижских выставках). Александр Григорьевич Кузнецов заложил в Форосе огромный, почти сказочной красоты парк (72 га!). На его средства в Крыму также были построены несколько гимназий, в Севастополе открыта биологическая станция, которая работает до сих пор. Ни один человек, приходивший к Кузнецову за помощью, не получал отказа.

На Красной скале он построил храм Воскресения Христова. Пришедший в советское время в запустение храм по благословению Московского патриархата и при поддержке украинского президента Кравчука подняли из руин и начали в нем богослужения. В нынешнюю смутную пору очень важно не забывать, что у России с Украиной длинная общая православная история. Каждому побывавшему в Форосе не забыть этот плавно парящий над горами и лесами храм. А когда стоишь на краю обрыва, кажется, что летишь вместе с храмом.

Лидия Графова
Российская газета -
Федеральный выпуск №7489 (26)

источник:

Комментарии
Гость 19:22, 19 июня 2018
Чувствительно благодарю! Накануне Водопьянова на допросе полностью признала свою вину. Однако задерживать ее не стали. Ресурс отмечает, что Водопьянова является руководителем федерации уже 18 лет.
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость

 

 

19 июля

Опрос
Какой мессенджер вы будете использовать, если заблокируют Telegram ?