16 (971) в продаже с 30 апреля 16+

Мансур Гилязов: «Пора спуститься с борта гибельного неверия на континент человечности»

2 апреля 2021

В сегодняшней России растет интерес к театру, к новым коллективам, пьесам, обновленной эстетике реализма. Тревоги, что виртуальная реальность вытеснит театр, не оправдали себя - миру нужен театр, а театр нужен миру. Диалог между ними становится неизбежным. Режиссеры создают световые партитуры спектакля, актеры перемещаются и заставляют нас собирать воедино все внимание, искусство даже порой отклоняется в своих оттенках, в сценических пейзажах идет идентификация героя и зрителя, а драматурги отливают пьесу в пространственную форму, потому что современная драматургия – это тонкое понимание человеческого сердца, безнадежность горя и откровение отчаяния. Человек играет не потому, что в его культуре, в окружающем социуме имеются различные игры, а скорее потому, что игровое начало лежит в самой сущности человека, в его природе.

Якоб Морено, один из основоположников социальной психиатрии, доказал и практически подтвердил, что игра делает возможным истинное общение людей через их обмен ролями, посредством игры, близкой к ее театральному пониманию. Их сближение способствует раскрытию творческой сущности каждого человека в обыденной жизни. Играть – значит Быть.

Неопределенность раскрывается через свою противоположность, то есть через бесконечные определения. Философия - дама загадочная, требует к себе внимания рыцарей Светлого Духа, которые ищут для нее определения. Драматург же карабкается вверх как альпинист, светит в горах оптимизмом, влюблен в Мир и Философию, ведущие к свету. Театр - искусство удивительно современное, хотя и существует тысячу лет. «Выше театра нет ничего на свете» - говорил А.П.Чехов. Виктор Гюго писал, что «театр не есть страна реального. В нем картонные деревья, полотняные дворцы, тряпичное небо, стеклянные бриллианты, поддельное золото, румяна на щеках, солнце, выходящее из земли. Театр в то же время есть страна настоящего: на сцене человеческие сердца, за кулисами человеческие сердца и в зрительном зале - человеческие сердца».

С размышлений о роли и феномене театра и драматургии в нашей жизни мы и начали диалог с известным татарским драматургом Мансуром Гилязовым.

Фото: teatrkachalov.ru

- Мансур Аязович, на каких «трех китах» держится драматургия?

- Первый – неплохое знание жизни. Необходимо уметь сочувствовать и вживаться в определенные образы. Это заповедь любому писателю. Когда Владимира Высоцкого спрашивали, сидел ли он в тюрьме, был асом авиации или воевал, то он отвечал, что не сидел, не летал и не воевал, просто он мастерски вживался в образы своих героев. Второй – любую работу нужно выполнять с любовью, вкладывать душу. Если не любить, то не стоит браться за дело. Объектом любви и всепоглощающей страсти должны быть искусство и театр. Это помогает взбудоражить чувства зрителей. Надо быть безумно влюбленным в театр и жить мечтой, что твое творение будет воплощено в жизнь. Третий «кит» - это четкое знание теории драматургии. Это единственный жанр в литературе, который закован в жесткие «тиски», а «тиски» определяются театром. Драматург не выдает конечный продукт, он дает материал для разработки и сценического воплощения театром. Если драматург не знает канонов, то правильно написать пьесу невозможно. От правил и канонов может отходить только виртуозно пишущий драматург или гений. Их мало.

- Вы пишете на русском или татарском языке?

- Я очень хорошо знаю татарский язык, но я учился в русской школе и мне удобнее писать на русском языке. Когда я пишу на русском, я четко представляю, как ЭТО будет звучать на татарском. Иногда не хватает татарской лексики и по-русски писать все-таки удобнее, потому что не боюсь сделать ошибку. У меня есть друг, отличный переводчик, он помогает переводить пьесу на безупречном татарском, хотя иногда удивляется, что я знаю татарский язык лучше него. Мы творим вместе, и нам интересно.

- У Вас есть пьесы для нынешнего поколения двадцатилетних?

- «Для» или «про?» (смеется). «Для» 20-летних доступны все мои пьесы и молодежи они понятны и нравятся, а вот «про» 20-летних я уже вряд ли напишу, далековато от меня по временной дистанции. Тут надо влюбиться в 20-летнюю девушку, изучить ее мысли, умонастроение, поступки, а после этого писать (шутка).

- В современной татарской драматургии есть «новая волна?»

- Новая волна есть всегда. Вопрос только в том, высокая она или низкая. Сильной, глобальной, смывающей все волны, конечно, нет. Есть яркие молодые авторы (например, Ильгиз Зайниев), которые творчески состоялись и находятся в очень хорошей форме. На них идет зритель. Татарский театр вечен и поэтому новые пьесы будут появляться и ставиться всегда. Татарская драматургия, на мой взгляд, сегодня в хорошей форме, ее с удовольствием смотрит наш зритель.

- Нынешнее татарское артпространство активно или пассивно? Почему?

 - Артпространство определяется успехом театра, а наш театр достаточно успешен. Об этом свидетельствуют полные залы. Зрителя обмануть невозможно, потому что, если он будет разочарован, то повторно не придет. Сейчас все театры работают с аншлагами, успех притягивает зрителя. Процент талантов всегда примерно одинаковый. У нас прекрасная театральная школа, великолепные актеры. Думаю, что пространство очень активное и позитивное.

 - В татарском театре есть иерархия (режиссер, актер, драматург) или главное все-таки - это текст пьесы?

 - Нынешний татарский театр сугубо режиссерский, где главенствующей фигурой является режиссер. Пьеса - всего лишь повод для спектакля, но определяющим является режиссер. Когда твою пьесу ставит хороший режиссер, ты ее просто можешь не узнать.

- Вы можете организовать прорыв в драматургии, опережая время? Или этому мешает кризис?

- Кризис всему помогает, для творческого человека он намного полезнее. Я гораздо лучше чувствую себя в годы кризиса, и понял это при современном кризисе. Сытый застой 2000-х годов и необоснованное богатство породили паразитизм, который я дико не люблю. Мне стало скучно и депрессивно. А сейчас вокруг все фонтанирует, появились страсти, стало интересно смотреть новости по телевизору. Мне сейчас легче дышать и работать. А чтобы сделать прорыв, надо быть гением. Гении рождаются очень редко. Я вывел для себя иерархию - есть люди способные, есть талантливые, а есть гении. У татарского народа, на мой взгляд, есть только один гений - Рудольф Нуриев. Возможно, появятся и другие. В этой иерархии я считаю себя талантливым человеком.

- Вы всегда отстаиваете каждое слово своего текста или идете на компромисс?

 - Никогда не отстаиваю. Пьеса – тяжелый материал, с которым живешь. Когда она закончена, я отстраняюсь от нее, и у нее начинается самостоятельная жизнь. После завершения работы образы из нее меня не преследуют, в отличие, например, от Микеланджело, который говорил: «Мои образы преследуют меня». Если все написанные образы будут меня преследовать, то можно сойти с ума. Созданное произведение отдаешь режиссеру, и оно живет дальше.

- Вам нравятся импровизации?

 - Я видел достаточно много премьер своих пьес. Импровизации я люблю и всегда их только приветствую. Обожаю видеть то, что делает театр с моей пьесой. Поэтому всегда с нетерпением жду премьеры.

- Как сделать пьесу коммерчески успешной?

- Это обязательно должна быть музыкальная комедия, татарский зритель со своим менталитетом ее очень любит. Если поставить, например, философскую трагедию, она не будет стопроцентно успешной. Ставь ее, как хочешь и с кем хочешь - успеха не будет. Музыкальная же комедия, даже не очень прихотливая, все равно будет хорошо принята зрителем, это наша традиция.

- Вы ждете от режиссера нежного прикосновения к материалу или готовы к медицинскому препарированию?

 - Питер Устинов однажды пошутил, что, постоянно расширяя замочную скважину, современные драматурги оказались перед угрозой полного исчезновения двери. Я готов к препарированию, но при этом режиссер должен быть моим единомышленником, соавтором. Драматургу нужно писать материал, готовый к изменениям и оставлять место для импровизации.

- Ваша жизнь сегодня устоялась или ухудшилась? Что вообще происходит с жизнью, которая Вас окружает?

- Боюсь устоявшейся жизни, успокоенности. Я четко понимаю, что должен жить нестабильно, в кругу проблем. В материальном плане у меня все нормально. Мой мозг устроен так, что я умею зарабатывать деньги. Я мыслю нестандартно, считаю себя человеком пассионарным. В творческих людях заложены интуиция и способность выстраивать сценарий, в том числе и экономический. Примитивный бизнес мне, например, неинтересен. А вот внести в него творческую жилку и потом иметь финансовый успех - это мне по душе. У Билла Гейтса все сотрудники были обязаны прослушать лекции по сценарному мастерству. Он считал, что каждый бизнесмен в определенном смысле должен быть сценаристом, иметь творческую составляющую в своей работе. И только тогда можно иметь коммерческий успех, потому что меняется мышление, расширяется экономическое пространство, и человек обретает свободу. Сегодня наступило время, когда, образно говоря, просто необходимо спуститься с борта гибельного неверия на континент человечности.

- Молох государства на Вас давит или нет?

- Я его не чувствую, потому что дистанцируюсь от политики. Я категорически не люблю спорт и политику, живу в другом формате.

- Вы обычно ломаете зону профессионального комфорта или стараетесь жить спокойно, без препятствий и ненужных преодолений?

- Я всегда стараюсь что-то сломать, стараюсь жить вне комфорта. Мне нельзя жить комфортно. Я – человек кризиса, стрессов, потрясений. Раньше всего этого боялся, а теперь понял, что без этого просто жить не могу. Всегда хочется что-то изменить, сломать стереотипы, постараться достичь чего-то нового, но, иногда даже не достигнув, начать что-нибудь сначала в другой области. Такой у меня характер…..

- Может ли драматург сегодня прожить на гонорары от театральных постановок?

- Смотря как жить. В моем понимании - не может, потому что я считаю, что писатель, который не умеет отдыхать, не путешествует, не постигает новое, не может пригласить красивую женщину в дорогой ресторан, то он не может понять жизнь в полном объеме. Сегодня материальная составляющая имеет большое значение. Чтобы быть полноценным человеком в нынешнее время, надо быть достаточно обеспеченным. Обеспеченность дает определенную независимость…..

- Вам кто-нибудь говорил, что ту или иную пьесу поставят нескоро, но есть смысл ждать?

- Таких пьес много. Раньше я сильно переживал, что мои пьесы не ставятся. В молодости мы писали пьесы, их читали, эти пьесы ставились в театрах и за них платили хорошие гонорары. В 90-е годы гонорары платить перестали. Потом наши пьесы перестали ставить, их только читали. Сегодня есть авторы, которых даже не читают. Меня вроде пока, слава Богу, читают. Я как человек, занимающийся творчеством, получаю удовольствие от самого творческого процесса. Я смирился, пишу честно, согласен ждать, когда их поставят. Когда-то Марина Цветаева мечтала, что «ее стихам, как драгоценным винам, наступит свой черед». Живу надеждой, жду чуда, успеха. Всякое может быть: вдруг через 10 лет поставят все мои пьесы? Уинстон Черчилль пошутил однажды, что «успех – это путь от одной неудачи к другой, не теряя чувства оптимизма». Я тоже испытываю оптимизм и считаю себя вполне успешным автором.

- Каким должен быть театр, чтобы стать чем-то исключительным во всем разнообразии доступной современному человеку аудиовизуальной информации?

- Я человек архаичный. Чтобы создать исключительный театр, должен появиться гений. Если человек не гений, то ему лучше заниматься традиционным театром. Гениальность пробивается как безудержная сила, как цветок сквозь асфальт. Пока нет гениев, говорить о чем-то исключительном рано. Предугадать, каким будет гений, невозможно.

- Вы не пробовали предлагать свои пьесы московским театрам?

- Пробовал и не раз. Жду в формате успеха (смеется).

- Над чем смеется нынешний зритель? Вы разделяете его позицию?

- Нынешний зритель смеется над собой. Я как нормальный человек смеюсь вместе со всеми над тупостью, невежеством. Чувство юмора у наших людей неизменно, и времена здесь ничего не меняют.

- Насколько сегодня, по-вашему, силы добра активнее сил зла? Или зло уже безразмерно?

- Это вечный процесс. История показывает, что гуманизм и доброта активно вытесняют зло и жестокость из жизни людей и неуклонно идут вперед. Зло терпит поражение. Верю, что ад прошлого уже никогда не повторится.

Марат Шакирзянов

источник:

Комментарии
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость

12 мая
30 апреля

Опрос
Как Вы относитесь к повышению пенсионного возраста ?