40 (995) в продаже с 22 октября 16+

«Шанель» из-под полы

18 января 2008

Как-то по осени заглянул в нашу редакцию обаятельный юноша – Наиль (имена изменены. – Прим. ред.). В обеих руках он держал объемистые сумки, а в них чего только не было. Вся женская половина нашего коллектива пришла в восторг: «Ланком», «Шанель», «Кристиан Диор» и прочие роскошества от самых известных фирм по смешной цене – двести рублей за косметику и триста – за парфюм.

Набрали мы, воспользовавшись удачным случаем, на все имевшиеся в наличии деньги. И попросили улыбчивого Наиля еще зайти, в день получки. Поднявшую было голову журналистскую недоверчивость и обычный житейский здравый смысл мы позволили усыпить легендой, шитой белыми нитками: Наиль пояснил нам, что «Диоры» и «Ланкомы» в его сумках – обычный таможенный конфискат. И даже бумажки какие-то издалека показал. 

А ближе к концу года во все еще благоухавшую элитным парфюмом редакцию заглянула девушка Эля, решившая, видно, пройтись по «хлебным» местам, обнаруженным предшествен-ником.

– Наиль больше не работает, а у меня ассортимент лучше, – пояснила она. – Наша фирма «Шарм» реализует продукцию с Российской таможни. А Наиль, кстати, – с Казанской таможни, фирма называется «Российская торговая компания». У него был товар из Эмиратов и Египта, а у нас –  Бельгия, Италия, Германия – то есть, Европа, сами понимаете!

Продукция, которую нам предлагала Эля, по ее словам, подлинная. Подделки исключены, но лучше брать с Российской таможни, чем с Казанской – те, мол, часто реализуют продукцию, у которой срок годности истечет через месяц. У нас же, заверила Эля, такого нет: все свежее, качество экстра-класс, а цены куда ниже, чем в магазине.

– Все, что вы видите у меня, стоит в магазине по две – три с половиной тысячи, а то и дороже, – бодро рассказывала Эля, – и вообще, у нас закупаются магазины «Иль дэ Ботэ» и «Стрекоза».

Но что-то мешало ей поверить: то ли грязь под облупленными ногтями продавщицы элитной косметики, то ли возникшие у некоторых из нас, купивших чудо-продукцию, жуткие аллергические реакции на «высококачественный товар экстра-класса». Попросив девушку показать нам сертификаты на товар, мы сделали ксерокопии с них и стали выяснять, что в словах девушки Эли правда, а что – не совсем. За помощью и разъяснениями обратились на таможню и в милицию.

Перво-наперво проверили с помощью таможенников cанитарно-эпидемиологические заключения, которыми Эля козыряла перед доверчивыми клиентами. Кстати, сделать это просто: нужно зайти на сайт Росприроднадзора, выбрать ссылку – направление деятельности Службы, затем – реестр продукции, прошедшей госрегистрацию, и далее пошагово выйти на реестр санэпидзаключений, где, введя номер бланка, узнать, липа перед вами или настоящий документ. Как можно было догадаться, представленные Элей санитарно-эпидемиологические заключения на продукцию «Ланком» и «Кристиан Диор» в перечне документов не значились.  

– Во-первых, никакая торговая компания к нам не имеет отношения, –  пояснил Валерий Хренов, начальник отдела торговых ограничений и экспортного контроля Татарстанской таможни, – таможня – это не коммерческое предприятие. Поясню, что есть фальсификат и есть контрафакт. Фальсификат – это товар, который обладает признаками и свойствами другого товара, но не обладает его качествами. Это изменение продукта с целью выдачи товара более низкого качества за оригинальный. Так, было у нас дело по незаконному перемещению через границу одеколона «Хьюго Босс» – три тысячи флаконов. Сам по себе это был одеколон неплохого качества, но он не имел никакого отношения к известной фирме. Контрафакт – это незаконное использование товарного знака. Например, взять «Нивею». Бывали случаи, когда этот товар импортировали для Украины, но имели место факты попадания его на российский рынок. Это был товар качественный, не фальсифицированный, но контрафактный, так как лицензиат не имел права везти его сюда. Скорее всего, товар, о котором вы говорите, одновременно и фальсифицированный, и контрафактный, потому что цена сомнительная. Если товар признается контрафактным, то таможня пресекает его оборот, возбуждает дело, проводит расследование, после чего материалы дела передаются в суд. На этом функция таможни заканчивается. В дальнейшем этот товар уничтожается. Он не может быть реализован – ведь тогда получится, что государство занимается тем же ремеслом, за которое наказывает других. В прошлом году было возбуждено пятнадцать дел, признано контрафактом свыше 23 тыс. единиц: парфюмерия, спортивная одежда известных марок  «Nike», «Adidas», «Reebok», «Puma», а также обувь «Karlo Pazolini».

Рассказал нам Валерий Витальевич и о механизмах попадания подделок к потребителю. Как известно, во всем цивилизованном мире есть авторское право на товарные знаки. Россия подписала ряд международных соглашений, в соответствии с которыми защищена любая промышленная собственность, зарегистрированная в России либо на международном уровне. Также Таможенным кодексом предусмотрено ведение таможенного реестра  объектов интеллектуальной собственности, в который вносятся, по заявлению правообладателей, торговые марки для принятия дополнительных мер по их защите. Если товар при оформлении маркирован товарным знаком, схожим с внесенным в таможенный реестр, таможня вправе на десять суток задержать его. За это время правообладатель сможет определить, является ли товар контрафактным или нет.

Иными словами, если правообладатель считает, что его собственности может быть нанесен ущерб, он обращается в федеральную таможенную службу с соответствующим заявлением. По словам Валерия Хренова, в таможню уже обращались с КАМАЗа, под маркой которого выпускались ключи замков зажигания, тормозные колодки и другие части машин. Безусловно, таможня обеспечивает защиту и товарных знаков, не внесенных в реестр ФТС России. Но в этом случае своевременно пресечь оборот контрафактных товаров и принять меры уже сложнее. Дело в том, что срок таможенного оформления товара не может превышать трех суток, а нормативными документами ФТС установлен еще более ограниченный срок – один день. Даже если сотрудник таможни и выявит признаки контрафактной продукции во время таможенного оформления, у него просто не будет времени для проведения мероприятий по подтверждению или опровержению этого факта и решения вопроса о возбуждении дела об административном правонарушении. В результате подозрительный товар будет выпущен. Разумеется, и в этой ситуации правообладателя известят о возможном нарушении его прав, и при обращении правообладателя таможня предпримет меры по установлению местонахождения таких товаров и их изъятию из торгового оборота. Однако это произойдет, уже когда контрафактный товар будет реализовываться, и неизвестно, сколько поддельной продукции успеют продать потребителю…

Впрочем, вернемся к нашему делу. Параллельно над ним работала и милиция. Первым делом была произведена контрольная закупка товара. На наших глазах миловидные девушки, в которых было сложно заподозрить грозных сотрудников отделения по борьбе с правонарушениями в сфере потребительского рынка, купили у коробейницы крема и духи. Наблюдавшие за подобной процедурой впервые в жизни, мы, честно сказать, изрядно переживали, и даже где-то жалели Элю. Однако она реагировала на происходящее на удивление спокойно и держалась весьма вызывающе. Пока оперативники проводили опись товара, она, нисколько не смущаясь, договаривалась по сотовому телефону об очередной встрече с клиентами, и даже завела речь о выплате ей издержек – она ведь потеряла целый рабочий день! «Мне беспокоиться не о чем – вся продукция подлинная, все сертификаты есть», – заявила она.

Тем не менее, побеспокоиться Эле было о чем, и, судя по всему, девушка это прекрасно знала, иначе зачем ей скрываться? Она же именно этим и занимается – по вызову в милицию не является, выезжали за ней в Зеленодольский район, по месту регистрации, но не нашли.

– На следующий день мы выехали на улицу  Тукая, 58, где, по словам Эли, находилась их фирма, – рассказывает Ильгиз Камалетдинов, начальник отделения по борьбе с правонарушениями в сфере потребительского рынка. – По словам главного энергетика ООО «Градстройинвест» Александра Савченко, где данная фирма арендовала офис, действительно, фирмы ООО «Российская торговая компания» и «Шарм» с апреля по сентябрь работали в этом здании – занимались косметической продукцией. Директором фирмы являлась некая Елена Б. В настоящее время местонахождение фирмы и ее хозяйки не известно. Пробивали «бизнесменшу» по адресному бюро – такая в Татарстане не прописана. Эля говорит, что все копии протоколов изъятия и остатки товара она сдала начальству, а сама уволилась, нигде не работает, лежит дома, болеет. Однако у нас есть подозрение, что она продолжает торговать. 

В настоящее время собирается доказательная база для привлечения юридического лица к административной ответственности. Удалось выяснить, что данная фирма, зарегистрированная в Нижнем Новгороде, имеет право заниматься торговлей, но не косметики. Арестованный в редакции товар направлен на экспертизу в экспертно-криминалистический центр МВД РТ, где будет выяснено, является ли продукция опасной для здоровья. К сожалению, признают в правоохранительных органах, возбудить уголовное дела против самого юридического лица очень сложно, для этого нужны массовые обращения граждан, а их, как вы понимаете, нет. Требуется и заявление от пострадавшей стороны – дилера, официально представляющего данную косметику в России. Но тут против сотрудников административные сроки – на это отводится всего лишь 30 дней, уложиться в которые нереально. Приходится в очередной раз констатировать несовершенство отечественной правовой системы, в которой отсутствуют реальные механизмы воздействия на мошенников.

АЛЬБИНА НУРИСЛАМОВА, ОЛЬГА ПАНФИЛОВА

источник:

Комментарии
Добавить комментарий    
Здравствуйте, Гость

22 октября

Опрос
Как Вы относитесь к повышению пенсионного возраста ?